На финансовых рынках наблюдается бум «ответственного инвестирования», но, как и следовало ожидать, не все «зеленые» инструменты оказались одинаковы «зелены». Как отличить подделку от подлинника, чтобы остаться добросовестным инвестором и законопослушным эмитентом, разбираемся прямо сейчас.

23 июня
Давид Хорнбах

В конце 2019 года регуляторы разных стран обнародовали рекомендации для компаний по ведению экологической отчетности. Не осталась в стороне и Россия.

Разница — в оттенках

В декабре 2019 года Банк России утвердил новое положение «О стандартах эмиссии ценных бумаг», включив в него отдельные главы, посвященные выпуску целевых облигаций, в том числе для решения экологических и социальных проблем. В положении описано, какие условия и сведения может содержать решение о выпуске таких ценных бумаг. Впрочем, мягкая формулировка «может» меняется на слово «должно» в случае, когда эмитент желает идентифицировать выпуск словами «зеленые» или «социальные облигации». Непременных условий для этого два. Во-первых, все денежные средства от размещения направляются на цели, связанные с финансированием и (или) рефинансированием экологических или социальных проектов, причем тех, которые соответствуют всемирно признанным принципам и стандартам ESG-финансирования. Во-вторых, владельцы облигаций получают право требовать их досрочного погашения в случае нецелевого использования средств.

Но Банк России – в первую очередь финансовый регулятор, и здесь на помощь приходят правила листинга (то есть допуска к торгам) Мосбиржи – ведущей фондовой биржи России. Тут уже четко указывается на стандарты Международной ассоциации рынков капитала (ICMA) или Международной некоммерческой организации «Инициатива климатических облигаций» (CBI). Соответствие этим стандартам должно подтверждаться независимой внешней оценкой. А проводят ее 17 организаций, которые специально для этих целей выбрала сама биржа.

И если отследить движение денежных средств между счетами, специально открытыми для реализации ESG-проектов, – задача вполне тривиальная, то оценить эффективность проекта именно в экологическом плане, не говоря уже о социальном, куда сложнее. Ведь речь идет не только o качественных результатах проектов, но и об их количественной оценке.

Таким образом, основная проблема, развернувшаяся перед регуляторами из разных стран, заключается в установлении четких и измеримых критериев для признания деятельности «зеленой». Они должны максимально затруднить практику гринвошинга (greenwashing – «зеленая промывка» – англ.) и защитить потребителей от «экологических» подделок.

Лидирует Европа

Ключевым документом «зеленого» регулирования в Евросоюзе стал Регламент ЕС № 2020/852, вступивший в силу в июле прошлого года. Его обычно называют Регламентом таксономии, подразумевая классификацию различных видов экологически устойчивой деятельности. Сейчас этот документ определяет принятые в Европе критерии, которые позволяют проверить конкретный ESG-проект на дружелюбность к окружающей среде. В нем сформулировано шесть так называемых экологических целей: смягчение последствий изменения климата; адаптация к изменению климата; устойчивое использование и защита водных и морских ресурсов; переход к экономике замкнутого цикла; предотвращение и контроль загрязнения; защита и восстановление биоразнообразия и экосистем. Каждой из них посвящена отдельная статья, в которой детализируется понятие и устанавливаются сроки для разработки технических условий проверки.

В Регламенте таксономии есть и такой важный пункт: в нефинансовые отчеты компаний должны включаться сведения о том, в какой степени их деятельность экологически устойчива. Эти требования детализируются на уровне решения Еврокомиссии, принятого совсем недавно – в июле 2021 года. И в следующий финансовый год Европа вступает с новыми «зелеными» правилами.

В конце 2019 года в ЕС приняты директивы о раскрытии информации об устойчивом финансировании (SFDR). Основное внимание в них уделяется прозрачности и раскрытию инвесторам подхода, который компания применяет к вопросам устойчивости в своих инвестиционных и консультационных процессах. Директивы обеспечивают правовую основу, которой необходимо следовать при проверке инвестиций, чтобы определить, являются ли они «экологически устойчивыми». В марте 2021 года приняты правила, согласно которым участники финансового рынка обязаны публиковать на своих веб-сайтах информацию о целях устойчивого развития, об учете основных неблагоприятных воздействий рисков ESG при принятии инвестиционных решений, как эти риски влияют на доходность, а также информацию о проводимом аудите этих рисков. Предполагается, что правила будут касаться не только бизнесов с юрисдикцией в ЕС, но и компаний, которые ведут свою деятельность в Европе в целом.

С 2010 года Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) требовала раскрывать существенную информацию относительно рисков, связанных с климатом, но это не были единые правила. Отсутствие четких правил со стороны SEC привело к тому, что многие компании при раскрытии ESG-информации следуют схеме, предложенной Целевой группой по раскрытию финансовой информации, связанной с климатом (TCFD). В июне 2021-го палата представителей приняла закон о совершенствовании корпоративного управления и защите инвесторов. Закон, в частности, требует от публичных компаний раскрывать связь между ESG-показателями и их долгосрочной бизнес-стратегией.

Национальная таксономия

В нашей стране урегулированы вопросы выпуска одной из разновидностей финансовых инструментов устойчивого развития – «зеленых» и «социальных» облигаций. В декабре 2019 года Банк России утвердил новое положение «О стандартах эмиссии ценных бумаг», включив в него отдельные главы, посвященные выпуску целевых облигаций для решения экологических и социальных проблем. Денежные средства от их размещения направляются на цели, связанные с финансированием и (или) рефинансированием экологических или социальных проектов, причем тех, которые соответствуют всемирно признанным принципам и стандартам ESG-финансирования. Владельцы облигаций получают право требовать их досрочного погашения в случае нецелевого использования средств.

В России нет обязательных требований к раскрытию компаниями ESG-информации. В то же время растет число компаний, готовящих ESG-отчеты на добровольной основе (в том числе и ПСБ). На пути к обеспечению единообразия подходов к нефинансовой отчетности Банк России выпустил рекомендации по раскрытию публичными акционерными обществами нефинансовой информации об их деятельности, взяв за основу предложения TCFD. Один из принципов этих рекомендаций – «соблюдай или объясни».

теги:
Поделиться:
Напишите что-нибудь и нажмите Enter