Третья промышленная революция началась во второй половине XX века и была связана с внедрением электроники, компьютеров и автоматизированных систем управления в промышленность. Производство стало более технологичным, а многие процессы – автоматизированными.
Переход к четвертой революции, которую еще принято называть «Индустрией 4.0», начался в 2010-х годах, когда предприятия стали активно интегрировать интернет вещей, искусственный интеллект, аналитику данных и цифровые платформы в производственные процессы. В отличие от предшествующей революции, сосредоточенной на автоматизации отдельных процессов, «Индустрия 4.0» обеспечивает интеграцию оборудования, данных
и цифровых систем в единую экосистему. Это позволяет предприятиям в реальном времени анализировать процессы, быстрее принимать решения, снижать издержки и повышать гибкость производства.
Яркой иллюстрацией нового порядка служит пример американца Мэтью Галлагера. Вложив всего 20 тысяч долл., он создал компанию Medvi, занимающуюся продажей средств для похудения. За первый год существования бизнес заработал 401 млн долл., а к концу 2026 года Галлагер рассчитывает выйти на 1,8 млрд. В штате компании всего два человека – сам Галлагер и его брат, а всю остальную работу выполняет искусственный интеллект. Еще два-три года назад такой сценарий был бы невозможен.
Содержание
Зарубежный опыт: цели и стратегии
Между ведущими экономиками мира разворачивается глобальная технологическая конкуренция, при этом используются разные стратегии.
В США ставка делается на частные инвестиции и академические исследования. Компании Google (Alphabet), Microsoft, Amazon и Tesla активно вкладывают средства в ИИ, робототехнику и автономные системы. Например, Waymo (подразделение Alphabet) тестирует беспилотные такси, а Tesla развивает технологии автопилота. Университеты Лиги плюща и MIT остаются центрами фундаментальных исследований в области машинного обучения.
Китай реализует масштабную программу «Сделано в Китае 2025», отдавая приоритет инструментам, особенно эффективным для достижения технологического суверенитета. Правительство стимулирует локализацию производства чипов, развитие 5G и внедрение ИИ в промышленность. Компании Baidu, Alibaba и Tencent
активно интегрируют ИИ в свои сервисы, а DJI доминирует на национальном рынке дронов. Зоны для тестирования беспилотного транспорта развернуты в Шанхае и Шэньчжэне.
Евросоюз особое внимание уделяет регулированию и этическим стандартам. Принятый в 2024 году «Закон об искусственном интеллекте» (AI Act) классифицирует ИИ‑системы по уровню риска, ограничивая использование биометрической идентификации. Если говорить об индивидуальных направлениях, то Германия развивает концепцию умных заводов (Smart Factories), а Финляндия, подобно России, внедряет ИИ в госуслуги и образование.
Южная Корея сосредоточилась на интеграции ИИ в промышленность, а также встраивании его в повседневную жизнь граждан. Компании Samsung и LG инвестируют в умные устройства и роботов, правительство поддерживает аналогичные стартапы через грантовые программы. Сеул стал одной из первых столиц с развитой инфраструктурой 5G, что ускоряет внедрение автономных систем.
Сингапур развивается как умный город-лаборатория: здесь тестируются
беспилотные автобусы, ИИ‑системы управления трафиком и энергопотреблением. Государство предоставляет налоговые льготы компаниям, внедряющим ИИ, и активно сотрудничает с международными партнерами.
Таким образом, глобальную борьбу за лидерство в технологиях государства ведут, исходя из первоочередных задач. Россия вырабатывает собственную стратегию, сочетая элементы разных моделей.
Очевидно, что успех в этой конкуренции будет зависеть от способности найти баланс между инновациями и социальной стабильностью, выстроить экосистему с учетом законодательства, подготовки кадров и потребностей общества. В конечном счете гонка – не просто соревнование технологий, а поиск оптимальной модели будущего, где ИИ служит устойчивому развитию и повышению качества жизни.
Россия в глобальной технологической гонке
Россия наряду со всеми развитыми экономиками мира начала активно
внедрять принципы «Индустрии 4.0» в середине 2010-х годов – на фоне развития программ цифровой экономики, импортозамещения и модернизации промышленности.
В числе первых, кто начал масштабное внедрение цифровых решений на производстве, были «Росатом», СИБУР, «Северсталь», КАМАЗ, «Газпром нефть».
Сегодня страна уверенно продвигается в ряде технологических направлений, таких, например, как ИИ и робототехника. Это во многом связано с господдержкой ключевых отраслей, созданием суверенных цифровых сервисов и реализацией национального проекта «Цифровая экономика».
Ярким примером государственной инициативы стали обновления портала «Госуслуги». Внедрена автоматизированная обработка заявлений на пособия, визы и справки, реализовано проактивное предоставление услуг (например, автоматическое начисление льгот), а для консультирования граждан создан умный чат-бот «Макс» на базе ИИ. Заместитель председателя Правительства России Дмитрий Григоренко, выступая в ноябре 2025 года на Правительственном часе в Совете Федерации, отметил: государство при создании цифровых сервисов ориентируется прежде всего на потребности людей.
Работают роботы
Что касается промышленности, отраслей и сфер – искусственный интеллект и «помощники» динамично расширяют там сектор своего присутствия. На заводах «Росатома» используются технологии компьютерного зрения для контроля качества сварных швов. В Краснодарском крае с помощью сельхозроботов «Смарт Агро» автоматизируются учет урожая и выявление болезней растений. Логистические роботы от компании «Роботех» задействованы на складах маркетплейсов Wildberries и Ozon, ускоряя комплектацию заказов.
Активно работает в этом направлении «Яндекс», открывший в мае 2023 года центр по созданию складских роботов. До конца 2026 года компания намерена полноценно интегрировать автономные машины в сервис «Яндекс Такси», а к 2027 году собирается запустить парк из 20 тысяч роботов-доставщиков, что поможет решить проблему нехватки курьеров и снизить стоимость доставки.
По словам советника генерального директора «Яндекса» Тиграна Худавердяна, компания в перспективе запустит массовую коммерциализацию роботакси. При этом, согласно прогнозам, частный сектор также будет приобретать беспилотные автомобили для личного пользования. «Мы планируем начать коммерциализацию роботизированных автомобилей с 2028 года – не только в такси, но и в частном секторе», – сообщил эксперт в апреле на сессии Международного транспортно-логистического форума.
В середине мая этого года инженеры Московского авиационно-го института (МАИ) сообщили, что собрали робот- манипулятор, который ищет брак в деталях на конвейере. Одна из ключевых составляющих устройства – система технического зрения, созданная специалистами МАИ. Распознав детали с дефектами и геометрическими отклонениями, нарушениями маркировки, робот подает сигнал для остановки транспортера.
Более тысячи роботов сегодня трудятся на «АвтоВАЗе» – об этом
рассказал генеральный директор предприятия Максим Соколов на пленарной дискуссии конференции «Цифровая индустрия промышленной России», проходившей в мае 2026 года.
Доступный взгляду почти каждого россиянина пример интенсивной автоматизации демонстрирует сеть ресторанов быстрого питания «Вкусно –
и точка»: в нескольких заведениях роботы- помощники убирают залы
и подают заказы. Стоит отметить ориентированный на человека дизайн уборщиков и официантов: большие светящиеся «глазки» на передней панели вызывают улыбку, потому что напоминают о мультяшных героях.
Сложности и возможности
Безусловно, в «юных» технологичных секторах не обходится без проблем. В частности, некоторые успешные пилотные проекты остаются локальными из-за нехватки инвестиций или сложностей интеграции в массовую экономику. Развитие интеллектуальных направлений порождает порой непростые этические вопросы, требующие взвешенного подхода. Одна из ключевых проблем – защита персональных данных: Единая биометрическая система вызывает споры о балансе между удобством пользователей и конфиденциальностью, а риски утечек данных и злоупотребления биометрией требуют постоянного контроля и совершенствования законодательства.
Не менее остро звучит тема цифрового разрыва: несмотря на реализацию проекта по устранению цифрового неравенства, в России, согласно результатам опроса Фонда «Общественное мнение» (сентябрь 2025 года), 18% населения не пользуются интернетом.
Массовая автоматизация имеет двойственный эффект: с одной стороны, она создаст спрос на специалистов в области ИИ, робототехники и кибербезопасности, с другой – приводит к сокращению количества низкоквалифицированных рабочих мест. Однако реализация мер, предусмотренных нацпроектом «Кадры», по мнению экспертов, поможет нивелировать эти негативные последствия за счет программ переобучения линейных специалистов.
Что нужно для движения вперед
«Перспективы у России есть, но их не стоит описывать как простую гонку за самым продвинутым ИИ», – считает Роман Копосов, заместитель директора компании стратегического консалтинга «АРБ Про». Он отмечает, что в глобальной гонке базовых моделей, вычислительных мощностей и чипов
Россия объективно идет не с первой позиции. Здесь слишком велики барьеры в доступе к современной компонентной базе, дата-центрам, большим инвестициям и международным рынкам.
«Однако у России есть другой шанс: не столько победить в гонке витринных технологий, сколько быстро встроить ИИ и роботизацию в реальные отрасли: промышленность, логистику, банки, госсектор, медицину, образование, добычу, транспорт, ЖКХ. Там, где есть массовые операции, нехватка людей, дорогая ошибка и повторяемые процессы, эффект от автоматизации будет не теоретическим, а экономическим», – уточняет эксперт.
В России достаточно подобных примеров. В их числе совместный тест автономных грузовиков КАМАЗа с «Яндексом», пилотный проект по доставке грузов без водителя на трассе М-11 «Нева». Есть кейсы и в других сферах: например, компания «Нейротренд» разрабатывает ИИ-систему, чтобы на раннем этапе диагностировать болезнь Паркинсона в том числе по почерку. Клиники Москвы и Санкт-Петербурга изучают алгоритмы анализа медицинских изображений, которые помогают выявлять опухоли на ранних стадиях. Дроны с ИИ-аналитикой от «Геоскана» мониторят посевы в Черноземье, прогнозируя урожайность и выявляя очаги заболеваний.
Есть все основания полагать, что успешной будет синергия государственной поддержки высокотехнологичных секторов, участия частного капитала и фокуса на решении прикладных задач в медицинской, сельскохозяйственной, транспортной, энергетической сферах. Стратегия развития ИИ до 2030 года задает четкие ориентиры работы в этом направлении, а партнерство между вузами, бизнесом и государством создает основу для устойчивого прогресса.
«Если в аппаратных мощностях и производстве передовых чипов у нас есть ограничения, то в прикладном направлении позиции России очень сильны, – подчеркивает Дмитрий Гуревич, директор по развитию INSYTE Electronics. – Наши перспективы лежат в концепции суверенного ИИ и глубокой отраслевой автоматизации. Исторически сильная математическая школа и мощные локальные ИТ-гиганты позволили создать независимую экосистему решений. Мы стабильно входим в топ мировых стран по уровню цифровизации банкинга, госуслуг и ретейла». Главная перспектива сейчас заключается в экспорте готовых интегрированных продуктов для агротеха, добывающей промышленности и финансовых технологий в страны- партнеры, считает эксперт.
Международное сотрудничество и конкуренция
Россия укрепляет позиции в мировой технологической гонке, гибко сочетая международное партнерство с импортозамещением. В рамках курса на локализацию в госсектор активно внедряются российские операционные системы, системы управления базами данных, а решения в сфере кибербезопасности, облачных вычислений и ГИС-технологий постепенно заменяют зарубежные аналоги.
Одновременно набирает обороты профильная внешняя торговля: объем
ИТ-экспорта за 2025 год может достичь 164 млрд руб ., о чем сообщила
в апреле 2026-го «Российская газета» со ссылкой на отраслевое исследование. По мнению аналитиков, наибольший экспортный потенциал у прикладных цифровых решений, ориентированных на конкретные задачи государственного и корпоративного сектора. Наряду с этим Россия участвует в разработке стандартов ИИ в рамках БРИКС, обменивается опытом с Китаем в части 5G и умных городов, а также присоединяется к глобальным инициативам по кибербезопасности. Острая конкуренция за таланты побуждает активно искать кадры, взращивать предпринимателей: отечественные вузы привлекают иностранных студентов, а государство предлагает гранты, акселераторы и программы поддержки стартапов.
Несмотря на глобальные – в масштабах планеты – экономические кризисы и локальные вызовы, Россия наравне с другими прогрессивными странами участвует в новом этапе мирового промышленного развития.
«Индустрия 4.0» открывает перед нашей страной поистине большие возможности, отмечают эксперты и участники рынка, вопрос только в том, что использовать их нужно, руководствуясь принципом «здесь и сейчас».
Судя по тому, что мы имеем сегодня, у нас есть все шансы на успех – важно правильно распорядиться ими и войти в число законодателей инновационных трендов, влиять на развитие технологий спустя десятилетия, делиться опытом с другими государствами.
Изображение на обложке — Shutterstock AI Generator/FOTODOM